§ 2.  Особенности теоретических разработок

Теория разделения труда

«Богатство народов» А.Смита начинается с проблематики раз­деления труда вовсе не случайно. На ставшем хрестоматийным примере, показывающем, как в булавочной мануфактуре разделе­ние труда по меньшей мере трояко повышает производительность труда (речь идет о повышении квалификации работников; эконо­мии времени при переходе от одной операции (работы) к другой; изобретении машин и механизмов), он фактически подготовил «почву» для будущих рассуждений и споров по многим ключевым теоретическим проблемам политической экономии. Одной из та­ких теорий, имевших неоднозначное толкование еще до А.Смита, была теория стоимости (ценности) товаров и услуг. Эта теория впоследствии вплоть до конца XIX в. оставалась центральной тео­рией экономической науки.

Теория стоимости

Отметив наличие у каждого товара потребительной и меновой стоимости, первую А.Смит оставил без рассмотрения. Причина здесь в том, что в понятие «потребительная стоимость» А.Смит вкладывал смысл полезности не предельной, а полной, т.е. возможность отдельного предмета, блага удовлетворить потребность человека, причем не конкретную, а общую. Поэтому для него потребитель­ная стоимость не может быть условием меновой стоимости товара.

Далее, отмежевавшись от рассмотрения потребительной стоимо­сти, А.Смит обращается к выяснению причин и механизма обме­на, сущности меновой стоимости, и в результате появились его выводы о том, что стоимость одинакового количества труда рабо­чего «во все времена и во всех местах» одинакова и поэтому «имен­но труд составляет их (товаров. — Я.Я.) действительную цену, а деньги составляют лишь их номинальную цену»13.

Что касается смитовской сентенции о постоянстве стоимости труда, которая по сути означает условие производства каждой единицы товара при постоянных издержках, то она, конечно, не выдерживает никакой критики, так как в зависимости от объема производства удельные издержки, как известно', подвержены из­менению. Другой свой тезис, согласно которому труд «составляет действительную цену» товаров, А.Смит развивает с двойственных позиций, следуя которым впоследствии одни смитианцы увидели «трудовую» природу происхождения стоимости товаров, а дру­гие — через издержки. Сама же двойственность развития тезиса состоит в следующем.

Автор «Богатства народов» будто бы сделал окончательный вывод, говоря, что «труд является единственным всеобщим, равно как и единственным точным, мерилом стоимости, или единственной мерой, посредством которой мы можем сравнивать между собою стоимости различных товаров (курсив мой, — Я.Я.) во все времена и во всех местах»14. Но буквально через несколько страниц после­довали два уточнения. В соответствии с первым из них — только «в обществе первобытном и малоразвитом, предшествовавшем накоп­лению капитала и обращению земли в частную собственность, соотношение между количествами труда... было, по-видимому, единственным основанием... для обмена их друг на друга (курсив мой. — Я.Я.)»15. В соответствии со вторым уточнением — стоимость определяется как сумма доходов (заработная плата, прибыль и рен­та), поскольку «е каждом развитом обществе все эти три состав­ные части в большей или меньшей мере входят в цену громадного большинства товаров (курсив мой. — Я.Я.)»16

Итак, по приведенным выше уточнениям, связанным с теори­ей стоимости (ценности), можно было бы предположить, что А.Смит был склонен не к трудовой теории, а к теории издержек.

Но в двойственности его позиции не остается сомнений, когда в восьмой главе книги I он утверждает о трудовом происхождении всех доходов, из которых складывается цена, а не о сумме издер­жек, обусловливающих эти доходы, как составляющие цены. Ведь, по словам автора «Богатства народов» рента — это «первый вычет из продукта труда, затраченного на обработку земли»; прибыль — «второй вычет из продукта труда, затрачиваемого на обработку зем­ли»; заработная плата — «продукт труда», который «...составляет естественное вознаграждение за труд»17.

Теория производительного труда

Автор «Богатства народов», введя в третьей главе книги II по­нятие производительного труда, сформулировал его как труд, ко­торый «...увеличивает стоимость материалов, которые он перера­батывает»18, а также «...закрепляется и реализуется в каком-либо отдельном предмете или товаре, который можно продать и кото­рый существует по крайней мере некоторое время после того, как закончен труд (курсив мой. — Я.Я.)»19. Соответственно, непроиз­водительный труд, по Смиту, — это услуги, которые «исчезают в самый момент их оказания», а труд для выполнения (оказания) которых: «ничего не добавляет к стоимости... имеет свою стоимость и заслуживает вознаграждения... не закрепляется и не реализуется в каком-либо отдельном предмете или товаре, пригодном для продажи»20

К сожалению, почти все представители классической полити­ческой экономии (кроме Дж.Мак-Куллоха, Н.Сениора и некото­рых других) безоговорочно приняли смитовское разграничение труда на производительный и непроизводительный виды, которое затем от К.Маркса перешло в так называемую «марксистско-ле­нинскую политическую экономию»21.

Теория денег

В пятой главе книги I А.Смит отмечает, что деньги сделались общепринятым средством торговли с тех пор, «как прекратилась меновая торговля», но, «подобно всем другим товарам, золото и серебро меняются в своей стоимости»22. Затем в одиннадцатой гла­ве книги I мы видим историко-экономический экскурс в пользу количественной теории денег. Здесь, в частности, говорится, что «труд, а не какой-либо особый товар или группа товаров, является действительным мерилом стоимости серебра (денег. — Я.Я.)»23; осуждается меркантилистская система взглядов, соглас­но которой «национальное богатство заключается в изобилии золота и серебра, а национальная бедность — в их недостаточ­ном количестве»24.

Однако специально проблематике денег А.Смит посвятил вто­рую главу книги II. Именно здесь произнесена одна из его крыла­тых фраз: «Деньги — это великое колесо обращения»25. Высказан­ное в этой главе положение о том, что «падение курса бумажных денег ниже стоимости золотой и серебряной монеты отнюдь не вызывает падения стоимости этих металлов»26, — конечно, небе­зынтересно для читателя и в наше время. Наконец, следует под­черкнуть, что автор «Богатства народов» рассматривает деньги, как и все классики, не иначе как техническое орудие для обмена, тор­говли, ставя на первое место их функцию средства обращения.