Лекция четвертая
ВЫЗОВЫ И УГРОЗЫ СОВРЕМЕННОСТИ:
основные критические узлы.
Прежде, чем говорить о возможностях и содержании экономического прорыва в России необходимо определиться с тем, что же следует понимать под «прорывом», под давлением каких обстоятельств, в какой форме и во имя чего он может и должен быть осуществлен.
В самой общей форме под прорывом, очевидно, в первую очередь следует понимать радикальный перелом тех устойчивых негативных явлений и процессов о которых было сказано выше. Однако, в более широком смысле помимо этого, масштабы и направленность конкретных управляющих воздействий в развитии этого процесса определяются более широким кругом условий и обстоятельств, как внутренних, так и внешних.
Следует исходить из того факта, что в предстоящей перспективе Россия неизбежно будет включена в общемировой процесс глобализации и это не может не отразиться на целях и условиях функционирования экономики страны. Глобализация экономики порождает новые требования для органов государственной власти ( в первую очередь при проведении внешнеторговой, кредитно-денежной и валютной политики). Страны с переходной экономикой, неразвитой финансовой и банковской системой попадают в прямую зависимость от внешних кредиторов и международных финансовых организаций, использующих прямые жесткие формы контроля и регулирования внутренней денежно-кредитной политики этих стран. В начале трансформационного периода и после кризиса 1998 г. практически не избежала подобной участи и Россия.
Вместе с тем, наличие эффективной системы обеспечения национальных интересов в экономике – вопрос жизни любой страны. Это тем более важно для современной России, стремящейся восстановить достойное место в мировом геополитическом и экономическом пространстве. Обеспечение национальных интересов в области экономики неразрывно связано с решением стратегической проблемы самоопределения страны в глобализирующемся мире. Более того, можно с уверенностью утверждать что политический вес государства на мировой арене прямо пропорционален его экономической мощи. Тем самым задаются внешние ориентиры развития национального хозяйства на перспективу:
возможность самостоятельно и эффективно решать внутренние политические и экономические задачи, исходя из собственных национальных интересов при максимальной неуязвимости от внешних негативных воздействий;
своевременная адаптация к динамичным изменениям, происходящим в мировом хозяйстве, нарастающим ресурсным ограничениям и условиям глобальной конкуренции, адекватный ответ на внутренние и внешние вызовы;
возможность активно влиять на экономические, политические и военные процессы в мире, отстаивая интересы России путем эффективной и равноправной интеграции в мирохозяйственные связи.
Настоятельность прорыва, как изменения сложившейся парадигмы развития связана и с угрозами, сформировавшимися в виде целого ряда критических проблемных узлов вследствие системного кризиса предшествующего периода: социального, продовольственного, финансового, топливного, инвестиционного, внешнеэкономического. Их сохранение вполне способно привести к дестабилизации российской экономики в перспективе. В чем же конкретно состоит содержание этих угроз?
Социальный узел. Одна из наиболее острых проблем современной России состоит в крайне низком качестве жизни основной части населения страны. За восемь лет (1992-1999 гг.) реальные располагаемые денежные доходы населения сократились на 56%, реальная заработная плата – на две трети.
На фоне общего спада реальных доходов резко возросла экономическая дифференциация. Даже в «преддефолтном» 1997 году доходы 80% населения, исключая наиболее обеспеченные группы, превышали прожиточный минимум всего на 19%, а после кризиса ( в 1999 г.), по оценкам, оказались на 15% ниже прожиточного минимума. Ситуация в этой области лишь в определенной степени улучшилась в процессе экономического подъема 1990-2004 гг., но при некотором росте уровня реальных доходов (не достигших, впрочем, уровня 1990 года) параметры социальной дифференциации усугубились.
Если Россия в среднесрочной перспективе возвратится к низким темпам экономического роста (2-3% в год, что неизбежно при сохранении сложившейся структуры экономики), это сделает практически невозможным решение проблемы низкого уровня жизни. Более того, весьма вероятен новый спад потребления.
Продовольственный узел. В начальный период реформ (1992-1994 гг.) аграрный сектор сыграл исключительно важную роль в обеспечении структурных сдвигов в российской экономике. За счет разницы в динамике цен осуществлялось крупномасштабное скрытое субсидирование промышленности и услуг торгово-финансовых посредников. Отток финансовых ресурсов из сельского хозяйства составил в 1992 г. – 10% ВВП, в 1993 г – 3,2%, в 1994 г.- 4,4%.
В результате огромных финансовых потерь процесс воспроизводства в аграрном секторе оказался ограниченным. В последние годы вводы основных фондов лишь на 12-15% покрывают объемы выбытия. Сокращение парка сельскохозяйственных машин влечет за собой сокращение посевных площадей, и, соответственно сборов зерна и других культур. Это непременно отразится на кормовой базе животноводства и численности продуктивного стада. Уже сегодня за счет отечественного производства обеспечивается лишь 1,1 минимальной потребительской корзины по мясу, 1,0 – по молоку, 0,8 – по овощам. В дальнейшем этот показатель может снизиться до 85-90%, и зависимость от импорта продовольствия усилится. Это угрожает т.н. продовольственной безопасности страны. Для того, чтобы преодолеть негативные тенденции, необходимо обеспечить приток инвестиций в сельское хозяйство страны.
Топливный узел. В сложившейся экспортно-сырьевой модели функционирования российской экономики топливный сектор выполняет целый ряд системных функций. Первая – энергетическое обеспечение национального хозяйства и поступление валютных ресурсов. Вторая – финансовое наполнение государственных обязательств. Третья – топливный сектор является крупнейшим кредитором экономики.
Уже сегодня выполнение этих функций вошло в острое противоречие с условиями развития самих топливных отраслей. Это проявляется в недостатке внутренних финансовых накоплений нефтяной и газовой промышленности, необходимых для успешной адаптации к ухудшающимся условиям добычи и транспортировки энергоресурсов.
Нефтяная отрасль в последние годы практически только «проедала» заделы, созданные в предшествующий период. В ближайшие годы для нее резко обострится проблема решения ключевой задачи – вписаться в новые условия функционирования и создать заделы для будущего развития. Это предполагает технологическую модернизацию, направленную на снижение затрат на добычу и транспортировку нефти, освоение месторождений с неблагоприятными условиями добычи, переход на новые месторождения.
Аналогичная, хотя и менее острая, ситуация складывается и в газовой промышленности. Ее стратегическими задачами являются: расширение традиционных и освоение новых рынков; освоение новых газоносных районов.
Решение этих задач возможно только при условии существенного (в 1,5-2 раза) увеличения инвестиций. В противном случае вполне возможен вариант, когда страна столкнется с жестким дефицитом топливных ресурсов – вплоть до абсолютного сокращения их объемов, поставляемых на внутренний или внешний рынки.
Инвестиционный узел. Одним из ключевых факторов, оказавших системное негативное воздействие на экономику стал беспрецедентный, практически пятикратный спад в 1991-1999 гг. масштабов инвестиционной деятельности. Во-первых, это породило выбытие производственных мощностей, принявшее устойчиво инерционный характер; во-вторых – это ухудшение качества производственного аппарата, когда степень износа производственного оборудования в промышленности вплотную приблизилась к 70%, а его возраст – к16 годам (при норме 8-10 лет); в-третьих, это снижение конкурентоспособности российских предприятий на внутреннем и внешнем рынках ввиду практического отсутствия процессов технической реконструкции; в-четвертых, это негативные структурные сдвиги в промышленности и экономике в целом, прежде всего, деградация отечественного машиностроения.
При сохранении современного, крайне недостаточного, уровня инвестирования весьма вероятна опасность массового стихийного выбытия производственного потенциала в жизненно важных секторах народного хозяйства, нарастание напряженности в обеспечении экономики ключевыми ресурсами – продовольствием и энергоносителями.
Внешнеэкономический узел. Девальвация рубля в 1998-1999 гг. и последовавшее за этим увеличение активного сальдо торгового баланса до 50-60 млрд. долл. США в год, рост золотовалютных резервов Банка России и быстрый рост Стабилизационного фонда создали иллюзию благополучия во внешнеэкономической сфере. Однако, фактически, проблемы платежного баланса смягчились лишь в незначительной степени и, прежде всего, из-за сохраняющегося «навеса» внешнего долга.
Значительная часть российского экспортного потенциала характеризуется низкой конкурентоспособностью из-за избыточных производственных и транспортных затрат, высокой капиталоемкости, невысокого качества продукции. В то же время потребность в критическом импорте продукции, которая не производится в России, или неэффективна вследствие высоких издержек, достаточно высока. По прежнему, сохраняются значительные масштабы вывоза капитала из страны. Так что потенциальные возможности наращивания, или даже сохранения сложившегося положительного внешнеторгового сальдо весьма проблематичны ( все будет зависеть, по существу от того, что будет с мировыми ценами на нефть).
Приведенный выше перечень вызовов и угроз далеко не полон (к примеру сюда в обязательном порядке должны быть включены проблемы обеспечения военной, или экологической безопасности) однако и он свидетельствует о необходимости углубленного профессионального исследования и обоснования перспектив российской экономики, возможностей изменения парадигмы ее развития.
Задания для самопроверки
Составьте перечень узловых проблем, о которых упоминается в тексте лекции. В чем суть каждой из них?
Попытайтесь критически проанализировать аргументацию автора. Возражения по каким пунктам вы бы могли высказать?