ПРЕДИСЛОВИЕ

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 
15 16 17 

 

Кафедра истории и теории социологии социологического факультета Московского государственного университета предла­гает вниманию читателей обширную хрестоматию по американ­ской социологии XX века. Именно в этой ведущей стране западного мира социологическая теория и прикладные ис­следования развивались, пожалуй, наиболее интенсивно.

Книга имеет прежде всего учебное предназначение в рамках программ факультетов и отделений социологии наших вузов. Однако первая публикация на русском языке текстов, в сово­купности представляющих широкую панораму американской социологической мысли нашего столетия, должна заинтересовать не только тех, кто связан с социологическим образованием в узком смысле, но и обществоведов других специальностей, а по существу, и всех тех, кто стремится к укреплению авторитета и значимости социологии во всех сферах нашего общества.

Современный «ренессанс» социологических исследований в на­шей стране глубоко симптоматичен. Ведь радикальные изменения в сферах политики, идеологии, экономики, призванные обновить наше общество, сделать его подлинно гуманным и динамично развивающимся, немыслимы без разработки фундаментальной системы научно обоснованной «навигации», определяющей путь в будущее. Подобная система социальной ориентации не может не опираться на достижения социологии, других общественных наук, на достоверную социальную информацию, широкую академиче­скую гласность и демократию. Социология в своих лучших мировых образцах учит непредвзятости социального анализа, обоснованности оценок и практических выводов. Перефразируя известное изречение Огюста Конта, можно с уверенностью сказать, что в политическом или общественном действии любого масштаба будет ровно столько научности (а значит, и эффектив­ности), сколько в нем содержится социологии.

Социология по самой своей природе гуманистична. Она есть в конечном счете наука о действительных проблемах реальных людей. Эта исконная близость социологии к живой человеческой реальности в чем-то роднит науку, которую мы представляем, с медициной. И в той и в другой области теории и социальной практики должны господствовать принципы гуманизма, объ­ективности, повышенной нравственной ответственности. Если медицина ставит своей задачей предотвращение болезней, диагно­стирование и лечение с целью спасения человеческих жизней, то социология видит свою миссию в том же самом, но только по отношению к обществу в целом.

Гуманизм всегда должен быть конкретным и действенным. Обостренный социальный «нерв» социологии — это то, что может и должно обнаруживать свое присутствие во всех возможных формах и видах социологической деятельности: от студенческого реферата до итоговой научной монографии, от простейшего исследования локального масштаба до социологического обосно­вания долговременной политической стратегии. И здесь нам есть что перенять у наших американских коллег, как правило, не теряющих из виду гуманистические ориентиры социальных исследований, какой бы частный характер они ни носили. И потому сегодня нельзя не согласиться с американским социологом Алексом Инкельсом, утверждающим, что если мы хотим пойти дальше простого составления статистических таблиц уровней мобильности различных страт к более сложным объясни­тельным схемам, обладающим возможностями прогноза в новых ситуациях, мы должны уметь обращаться с личностным компо­нентом — мотивированным субъектом деятельности в условиях социального действия.

Гуманистическая направленность социологии, присущий ей интерес к проблемам людей и общества позволяют ей быстрее других дисциплин освобождаться от груза догматизма, ибо социология, одна из наиболее практически ориентированных общественных наук, чутко и динамично реагирует на запросы общества и менее всего склонна принимать что-либо на веру без соответствующей процедуры верификации. В исследованиях современных американских социологов читатели предлагаемой книги, надо думать, ощутят этот дух здорового критицизма, присущий американскому национальному сознанию. Вспомним известные слова Алексиса де Токвиля о том, что «Америка — одна из стран, где правила Декарта менее всего изучают, но где их более всего применяют на практике... Американцы следуют картезианским принципам, так как те же условия общественной жизни естественным образом предрасполагают их умы к восприя­тию этих принципов». Эти слова, сказанные полтора века назад, когда социология еще не существовала как самостоятельная наука, справедливы в наши дни. Социологическая теория в США — и не только в лице так называемого «критического» направления» (Ч. Р. Миллс), но и в целом — дает пример трезвости анализа, даже если мы по тем или иным причинам не согласны с исходными методологическими посылками осуществля­ющего его социолога.

Ныне, когда во всем мире, в том числе и у нас, раздаются призывы добиться деидеологизации социологии, видимо, можно и должно говорить об освобождении социальных наук от социального превосходства, идейного догматизма.

Но, думается, никто из тех, кто считает себя социологом, не должен и не может отказаться от идеологии гуманизма, идеологии общественной морали,  идеологий  миролюбия.  И дело даже не в том, как понимать соотношение идеологии и социологии или же трактовать понятие «идеология». Важнее всего признать сами эти принципы, утвердить их не в качестве абстрактных лозунгов, а как руководство к социальному действию. Это — необходимое требо­вание для всех современных социологов и грядущих поколений служителей этой прекрасной науки.

Социология призвана объединять людей и страны, обще­ственные организации и научные сообщества, интегрируя интеллектуальные усилия и направляя их на достижения ближайших и отдаленных целей сохранения человечества. Именно под этим углом зрения, как представляется, и следует трактовать известное положение Толкотта Парсона об «интегративном состоянии» социальной системы, что и признавалось этим выдающимся социологом одной из главных функций любых состояний, структур и процессов, присущих обществу.

Однако любой процесс подлинной интеграции происходит только в условиях динамического демократизма, получившего разностороннее объяснение в современной социологической тео­рии. И разве не предельно актуально звучат для всех нас слова уже цитировавшегося Т. Парсонса о том, что как бы социологи не понимали термин «социальная система», «она всегда рассматри­вается как «открытая» система, находящаяся в отношениях взаимозависимости и взаимопроникновения с рядом окружающих систем. Отсюда следует,— завершил свою мысль американский ученый,— что специфические способы связи с окружающими системами должны находиться в центре внимания социологии...». С этими утверждениями Т. Парсонса нельзя не согласиться.

Понятие «открытость» в современном обществознании и, более того, в современном мире становится синонимом международного взаимопонимания, доверия, содружества во имя реализации общечеловеческих идеалов. Однако эти гуманистические принци­пы не материализуются в деятельности людей и государств сами собой. Для их воплощения в социальные действия требуются немалые усилия, причем усилия целенаправленные, научно обоснованные. Наконец, открытость и интеграция подразумевают создание единого языка общения в самом широком смысле этого понятия. Ведь новое политическое мышление, заявившее о себе в современном мире столь ярко и убедительно, требует и нового языка. И здесь роль социологии может быть уникальной. Именно эта социальная наука разрабатывает язык взаимопонимания в ходе исследования общечеловеческих социальных проблем, которые роднят самые различные общества, страны, регионы. Конкретные исследования этих проблем, их теоретическое ос­мысление в рамках социологии становятся цементирующим раствором, связывающим все человечество в единое, но беско­нечно богатое, внутренне многообразное целое. «Единое во многом» — этот принцип, дошедший до нас еще со времен античности, с новой силой заявляет о себе в социологии XX века. Читая помещенные в данном сборнике тексты социологов, читатели еще раз убедятся, как важно сохранять в науке принцип плюралистичности, состязательности школ и направлений, когда взаимные несогласия — а их немало среди американских социоло­гов — не приводят к взаимному отрицанию и борьба идей не сопровождается борьбой людей в науке. Что ж, это один из важных уроков, который мы можем почерпнуть из изучения новейшей истории американской социологии, урок, свидетельству­ющий не только о высоких теоретических и прикладных достижениях этой науки в США, но и об уровне как социологиче­ской культуры, так и культуры в социологии, достойных самого пристального внимания.

Но, быть может, самое главное состоит в том, что вдумчивый читатель обнаружит в книге материалы для самостоятельных размышлений, когда те или иные мысли, высказанные американ­скими социологами, позитивно или негативно натолкнут его на самостоятельный поиск в социологии, помогут ему увидеть идейно-теоретическую ситуацию, сложившуюся в американской социоло­гии в целом, а вместе с тем и более отчетливо осознать задачи, стоящие перед современной социологической мыслью.

Историческая ситуация дает нам, социологам обеих стран, прекрасную возможность объединить наши усилия во имя достижения научных целей, обогащая наши национальные культуры, сближая народы наших стран. Предлагаемый сборник текстов американских социологов создавался группой социологов Московского университета как продуманный вклад в дело решения этих больших задач. Мы надеемся, что за первым шагом последуют и другие — встречное движение должно быть дина­мичным и реальным.

Предлагаемый сборник текстов американских социологов создавался творческой группой преподавателей и сотрудников кафедры истории и теории социологии под руководством доктора филос. наук, заведующего кафедрой, декана социологического факультета В. И. Добренькова. Редактор-составитель сборника кандидат ист. наук Е. И. Кравченко. Научно-вспомогательная работа выполнена Д. И. Водотынским.

Редакторы сборника выражают глубокую признательность сотрудникам кафедры истории и теории социологии доктору филос. наук Е. И. Кукушкиной, кандидату филос. наук В. П. Трошкиной, кандидату филос. наук Е. В. Гарадже, кандидату филос. наук Л. П. Беленковой, кандидату филос. наук Н. Е. Покровскому, кандидату филос. наук С. М. Никитину, оказавшим помощь при подготовке этой книги, а также студентам и аспирантам социологического факультета, принявшим участие в работе по переводу оригинальных текстов.